Короткой строкой: 17.12ДОМ.РФ: нераспроданное жилье в Калужской области при нынешнем спросе будет реализовано за полтора года

Управление архитектурой

Когда во власти появляется яркая личность, мы непременно ждем от нее чудес. Вспоминаем предшественников Алексея Комова на посту главарха и оцениваем видимые результаты двух лет его собственной работы в Калуге

20 ноября 2021

Следуя за федеральной повесткой в области жилищной политики и комфортной городской среды, калужане все чаще обращают внимание на архитектуру родного города, подразумевая под этим самый широкий круг вопросов — от благоустройства дворов до транспортной стратегии. Популярные блогеры подогревают этот интерес, постоянно указывая жителям городов на недостатки новостроек, неграмотное благоустройство, некачественное содержание коммунальной инфраструктуры и приводя в пример лучшие мировые практики. 

Калуга не относится к числу городов, которые могут свободно распоряжаться огромными бюджетами. Поэтому и с лучшими мировыми практиками у нас не все просто. А самая большая проблема — дефицит кадров, которые должны эти практики применять.

И вот, страдая от несоответствия прекрасных картинок в Интернете (или собственного опыта путешествий) и ежедневного опыта общения с калужской действительностью, горожане ищут ответ на традиционные вопросы — кто виноват? и что делать? Ответом на первый, разумеется, становится какая-то из фигур публичной политики: губернатор, городской голова или депутат. А в последнее время к ним добавился и главный архитектор. 

Что представляет собой должность, а вернее, позиция главного архитектора — большая загадка. А в строго иерархической структуре органов власти это ключевой момент, определяющий полномочия, возможности и уровень ответственности. Ясно только, что задач для профессионального архитектора сразу после подписания контракта появляется очень много.

Единого перечня обязанностей главного архитектора в России не существует (в отличие от, например, губернаторских). На местном уровне полномочия распределяются более свободно, но, по мнению большинства людей, когда либо дававшими интервью в этом качестве, положение главного архитектора города или региона зависит главным образом от личности и позиции первого лица. А позиция первого лица во многом определяется личностью архитектора. Действительно, в Калуге одна и та же должность на самом деле звучала по-разному: Евгений Голышев был начальником городского управления архитектуры и градостроительства и первым главархом города (приглашен на должность городским Головой Николаем Полежаевым), как и Сергей Ткаченко (приглашен городским Головой Константином Барановым), а Алексей Комов является заместителем городского Головы — главным архитектором. При этом сегодня управление архитектуры, градостроительства и земельных отношений возглавляет другой заместитель городского Головы — Юлия Ковтун. Вся эта бюрократическая раскладка позволяет лучше понимать возможности и дела каждого из упомянутых чиновников. 

А ключом будет профессиональный опыт. В главном архитектурном институте страны, МАрхИ, исторически существует разделение на «объемщиков», которые занимаются отдельными объектами, и «градостроителей», в чьи задачи входят территориальное планирование и развитие городов. Так что в начале работы выпускники уже имеют определенную точку зрения, ставя на первое место либо отдельное здание, либо потребности территории.

Евгений Голышев, правда, учился не в МАрхИ, а на архитектурном факультете МИИЗа, работал в большом проектном институте, потом основал собственную мастерскую. В Калуге наиболее заметным результатом творческой деятельности Голышева стали кварталы жилой застройки «Монолита» и впоследствии ФСК, в которых здания имеют характерный стиль и достаточно аккуратно вписаны в среду. Ограничения, с которыми приходится сталкиваться чиновникам, стали для первого главного архитектора города неприятным сюрпризом: оказалось, что для появления хорошего проекта в городе все равно нужен ответственный заказчик, а предотвратить строительство плохого почти невозможно. В начале 2010-х спрос на жилье рос, и на первое место заказчики ставили квадратные метры, превращая архитектора по сути в проектировщика. Зато Голышев смог поднять вопрос о сохранении исторической среды: была разработана и экономическая модель, и архитектурные решения программы «Старая Калуга», которая, правда, не получила бюджетного финансирования. Именно в этом ключе началась реконструкция ул. Воскресенской, где появился сквер Молодоженов и были отремонтированы первые дома.

А еще программа натолкнула инвестора Андрея Хоменко на мысль о системном восстановлении объектов культурного наследия. Благодаря поддержке бизнесмена Александра Денисова, он выкупил и капитально отремонтировал уже десяток исторических зданий, включая дом Билибиных на ул. Кутузова. Значение этой работы сейчас трудно переоценить.

Непростой характер Евгения Голышева и его неготовность идти на компромиссы в принципиальных вопросах привели к его уходу с поста главного архитектора. 

Сергей Ткаченко, которого без кавычек можно назвать мэтром московской архитектуры, приехал в Калугу по протекции городского головы Константина Баранова. Из МАрхИ он выпустился как объемщик, однако быстро набрал опыт и в сфере градостроительства. Автор более сотни московских зданий и соавтор столичного генплана, человек разносторонний и тонкий, Ткаченко ставил своей задачей привести в порядок зоопарк нормативных актов, регулирующих застройку в Калуге. Часть из них, по мнению главарха, требовалось полностью переделать, на что требовалось бюджетное финансирование. Работа в этом направлении была фактически остановлена в связи со смертью Баранова — того самого определяющего первого лица, и этим планам не суждено было сбыться. Через несколько месяцев Ткаченко покинул Калугу, не выпуская ее, тем не менее, из орбиты своих интересов.

А управление архитектуры и градостроительства в 2015 году объединили с управлением земельных отношений. Возглавил его Дмитрий Денисов, который главным архитектором предпочел не называться, хотя дополнительное образование в МАрхИ получил. Потом Денисова забрал к себе в замы губернатор (как потом выяснится, с возвратом), а начальником управления стала Юлия Ковтун.

Летом 2019 года городской голова Дмитрий Разумовский представил калужанам нового главного архитектора — москвича Алексея Комова, выпускника кафедры «Градостроительство» МАрхИ, члена президиума САР и представителя известной творческой династии. Несколько месяцев Комов провел фактически без полномочий и без сотрудников, а в конце года утвердился в должности заместителя городского головы, но без собственного управления. Для обеспечения работы была создана отдельная структура — сектор главного архитектора, сейчас там работает семь человек (а в управлении архитектуры — девяносто). Зная этот нюанс, примерно понимаешь, чего ожидать от нынешнего главного архитектора. Да и сам он говорил об этом в интервью: быть архитектором коммуникаций и взаимоотношений, а не фасадов и проездов.

К успехам Алексея Комова на посту главарха за два года можно отнести наведение порядка с проектами благоустройства. До 2019 года почти все они (исключая парк на Марата и сквер Чижевского) делались фактически по смете: столько-то метров плитки, столько-то бордюров, столько-то урн и скамеек. Теперь подрядчики получают разбивочные чертежи, мастерят перголы и качели по индивидуальным проектам, согласовывают цвета и технологии. Комов нашел специалистов для восстановления утраченного советского панно на брандмауэре «сталинки», договорился о восстановлении советской мозаики на ВНИИМЭТе, переделал проект площадки перед музеем Космонавтики (и помог в работе над интерьером), прорабатывал визуальные элементы Дворца Спорта, поддержал и нашел финансирование для воссоздания второго «пограничного» обелиска на ул. Ленина. Разработкой оформления праздничных мероприятий, которых в 2020-2021 году особенно много, тоже теперь занимаются не подрядчики, а горуправа: 75-летие Победы, «Новогодняя столица», год Космонавтики, юбилей города, да и практически каждое значимое событие получает свой логотип и свой брендбук.

Через сектор главного архитектора проходит согласование большинства городских визуальных элементов, от вывесок и торговых киосков до фасадов зданий. Некоторые объекты, как ТЮЗ, правятся при личном участии Комова. В работе новая версия правил благоустройства и даже дизайн-код, документ, регламентирующий расположение элементов на каждом здании, которого Калуга не видела никогда. Эта работа позволяет «очистить» город от слишком навязчивых вывесок.

Голышев в свое время начал возвращать в Калугу городскую скульптуру, а Комов, сын скульптора, открыл прямо-таки окно «монументальных» возможностей: памятник Краснопивцеву, Авдееву, аллея героев войны в сквере Жукова, мемориал в бору, восстановление бюста Николая Островского, многочисленные памятные доски — обширный список, который далеко не завершен. 

Всю эту работу Алексей Комов называет тактическим урбанизмом. Обычно этот термин, правда, используется для обозначения некоего временного сооружения или мероприятия, тестирующего новую функцию пространства — например, перекрытие части Театральной во время новогодней ярмарки в том числе тестировало реакцию водителей (ведь улицу планируется сделать пешеходной насовсем). Прошел месяц, ничего страшного не случилось. А вот деревянные перголы, являющиеся частью проекта благоустройства территории, вряд ли можно считать временным решением. Правильнее использовать опять-таки комовское определение «архитектура прямого действия», которая, по мнению автора, направлена на «раскрутку» городского самосознания.

Далеко не все задуманное удается воплотить в принципе, и многое из задуманного — в должном качестве. Иногда реакция общества на произведенные изменения не отличается позитивом — но дистанция между Калугой настоящего и прекрасной Калугой будущего постоянно сокращается. Для понимания этого можно использовать даже Яндекс — там есть возможность переключения панорам, например, в 2012 год. Хотя до зеленой советской Калуги далеко — но вернуть прошлое не под силу даже всем архитекторам мира вместе.

Тем не менее, ожидания активных горожан все еще намного выше сегодняшних возможностей городских властей. Да, позитивные изменения происходят во многих городах страны, Калуга тут не то чтобы в лидерах, и вот если бы убрать провода под землю, как в Москве, сделать набережную, как в Туле, отреставрировать фасады старых домов, как в Ярославле, повесить везде дореволюционные вывески, как в Рыбинске, новостройки проектировать силами лучших архитекторов, как в Минске, озеленить весь город, кампус МГТУ реализовать в стиле казанского Иннополиса — вот тогда бы работе главного архитектора можно было бы поставить четверку с плюсом.

Более конкретная претензия касается градостроительной политики. Калуга все больше напоминает лоскутное одеяло, на котором появляются слабо связанные территории: перспективы развития того же кампуса МГТУ не обсуждаются ни с калужанами, ни с профессиональным сообществом. Почти построенный Северный обход вовлечет в жизнь города огромные территории, которые, видимо, будут развиваться стихийно. Об этой стороне работы главного архитектора мы пока не знаем ничего. 

По слухам, эксперты работают над стратегическими вопросами, которые будут определять направления развития Калуги на десятилетия вперед — климатическими проблемами, планированием новых инженерных коммуникаций и транспортных коридоров, комплексным развитием территории. Но на самом деле эти вопросы курирует уже не главный архитектор, а городской голова и законодательное собрание.